ВВЕДЕНИЕ 

   В первой части учебника «Музыкальная форма в музыкальной школе» мы с вами познакомились с самыми простыми структурами в музыкальной ткани. Вспомним, что из самых мелких построений (мотивов, фраз и предложений) наши кубики-конструкторы складываются в наименьшую музыкальную форму – период. А вот он уже является основой более крупных конструкций. Так мы с вами изучили простые двухчастную и трехчастную формы.

     Но все многообразие музыкальных образов было бы невозможно уместить в столь малые границы. А потому из сложения таких малых форм образуются более крупные построения. Да-да, вы не ослышались. Сложные формы так называются вовсе не потому, что они вызывают какие-то затруднения или непосильные мудрености. А потому, что они сложены из простых форм! Сложные формы = сложенные из простых. Вот такая, как оказалось, нехитрая совсем математика.

      Но для чего же нужны такие большие конструкции? На самом деле все объясняется замыслом композитора. Теми музыкальными образами, которые композитор облек в форму. Напрашивается сравнение со скульптором или архитектором, правда? Например, так:

Как и у любой музыкальной формы, у сложной есть свои характерные особенности

• В ее составе НЕ МЕНЕЕ двух тем. Но может быть и больше
• Она сложена, как правило, из ПРОСТЫХ форм.
• Чтобы форма воспринималась цельным строением, а не «лоскутным одеялом», она должна быть УРАВНОВЕШЕНА (то есть – замкнута) образно или тематически.

В музыке распространены два вида сложных музыкальных форм:

1. Сложная трехчастная музыкальная форма. Она наиболее часто встречающаяся как в вокальной, так и в инструментальной музыке
2. Сложная двухчастная музыкальная форма. Она встречается гораздо реже, и преимущественно в вокальной музыке.

ГЛАВА I

СЛОЖНАЯ ТРЕХЧАСТНАЯ ФОРМА

     Как уже мы выяснили в предыдущей главе, сложные формы – сложенные (или составленные) формы из простых. Как блоки из деталей в конструкторе.  В сложной трехчастной форме таких блоков-частей три. И каждая из них чаще всего представляет собой простую двухчастную или простую трехчастную форму. Но иногда они могут быть написаны и в других музыкальных формах. Но так как сложная трехчастная форма (сокращенно – сл. 3-хч. ф.) чаще всего является самостоятельным законченным произведением, то обязательно симметрична и уравновешена. И главную роль в этом играет реприза, так как третья часть – это повторение первой. Итак, запомним:

Схема этой конструкции в самых общих чертах напоминает строение простой трехчастной формы:

У сложной трехчастной формы есть даже собственная история возникновения.

В 17 веке самым излюбленным музыкальным жанром была опера. Это целое музыкально-сценическое представление с сюжетом и пышными декорациями. Оперу обязательно посещали все самые знатные дворяне и вельможи того времени, аристократы и именитые люди. И «гвоздем программы» оперного действия выступал певец. Чтобы показать всю красоту его голоса, мастерство и профессионализм его искусства, композиторы эпохи барокко (именно о том времени идет речь) сочиняли для оперных певцов и певиц крупные виртуозные вокальные номера – арии. Для арий выбиралась трехчастная музыкальная форма не случайно. Например, в быстрой первой части можно показать виртуозность и техническое совершенство певца. А контрастная медленная середина может продемонстрировать лирические возможности и красоту голоса исполнителя.  А третью часть можно было снова не выписывать в партии, а просто подписать «Da Capo»[1], что означает «с начала» - и певец мог повторить целиком первую часть. А мог внести и свои какие-то изменения для пущего эффекта.

Спустя некоторое время, в 18 веке, в бальных залах и дворянских домах прочно обосновался самый модный и элегантный танец того времени – менуэт. Он сочинялся, как правило, в трехчастной форме. И поскольку сами танцы тоже чередовались по принципу контраста (например, Менуэт I – Менуэт II – Менуэт I d.c.), то из такой последовательности и сложилась сложная трехчастная форма.

Немного позже середину сложной трехчастной формы стало принято исполнять тремя музыкантами, а крайние части всем оркестром – для большего контраста. С тех пор даже в клавирной музыке середина в сложной трехчастной форме стала именоваться «Trio»

Пройдя долгий исторический путь, к нашему времени сложная трехчастная форма оформилась в двух основных видах:

1. Сложная трехчастная музыкальная форма с серединой Trio
2. Сложная трехчастная музыкальная форма с серединой Эпизод

Первая часть сложной трехчастной формы, как правило, простая двухчастная или простая трехчастная форма. Оба вида сложных трехчастных форм различаются исключительно серединами. Для сравнения представим в таблице:

*Репризы в сложной трехчастной музыкальной форме тоже имеют свои особенности.

Их основные типы:

DaCapo – буквальное повторение первой части

Варьированная – с изменениями в структуре, фактуре, гармонии и ритме

Сокращенная – название говорит само за себя. Иногда реприза представлена только периодом вместо простой 2х или 3х-частной формы

Динамизированная – существенное изменение в музыкальном образе, и, как правило, меняются и средства музыкальной выразительности.

     В сложных трехчастных музыкальных формах редко бывают вступления, зато чаще встречается Кода[2]. Она характерна для медленных частей или лирических пьес и основана на музыкальном материале всего сочинения.

§1. Сложная трехчастная музыкальная форма с серединой Trio

   Итак, в этой музыкальной форме три части и середина представлена Trio. Надо отметить, что в сочинении прямое указание trio вовсе не обязательно. У такой середины есть ряд характерных черт, благодаря которым она довольно узнаваема:

     В сложной трехчастной форме написана замечательная пьеса немецкого композитора-романтика Роберта Шумана «Дед Мороз»из фортепианного цикла «Альбом для юношества».

     Послушайте ее. Постарайтесь определить на слух три главных раздела этой пьесы

Слушаем Р. Шуман «Дед Мороз»

     Наверное, вам показалось странным, что Дед Мороз такой злой. В голове вспыхнула картинка с новогодними огоньками, волшебством, светом и добром, а при прослушивании какой-то уж очень злобный персонаж нарисовался.

     На самом деле «Дед Мороз» - неверный перевод этой пьесы. У Роберта Шумана пьеса называется «Knecht Ruprecht», то есть «Слуга Рупрехт». В немецком фольклоре – это неизменный спутник Санты Клауса (Святого Николая). Детишкам, которые себя плохо вели, Рупрехт дарит гнилую картофелину, или пачкает лицо сажей, а особо злостных хулиганов может даже «угостить» розгами.

     Ну вот, теперь стало понятнее, что же за персонаж в этой пьесе.

     Так зачем же композитор выбрал для пьесы сложную трехчастную форму? Давайте попробуем разобраться более детально.

    Итак, вот I частьсложной трехчастной формы. В ней воплощен мрачный образ Рупрехта. Чтобы убедительнее раскрыть характер героя пьесы, композитор написал эту часть в простой трехчастной форме. Рассмотрим подробнее ее строение:

     Крайние разделы этой простой 3-хчастной формы (А и А₁) написаны в форме периода повторного строения. Они заканчиваются полной совершенной заключительной каденцией (то есть тоника, 1 ступень, находится и в басу, и в самом верхнем голосе – выделено желтым квадратом). Мелодия, «раскачивающаяся» в низком регистре в унисон, энергично устремляется вверх, охватывая более четырех октав! Акцентированные устойчивые I и III ступени на каждой доле, громкая динамика и быстрый темп придают музыкальному образу угрюмую непреклонность и решительность.

     Обратим внимание на серединку R. Музыкальный материал очень похож – сохраняется ритмический рисунок, штрихи, темп. Но здесь восходящее движение меняет свое направление. Теперь нисходящие интонации приобретают устрашающий характер. В отличие от крайних частей, которые изложены в гармоническом ля миноре, середина усложнена. В ее гармонии – секвенции по звукам уменьшенных септаккордов, придающие грозный облик музыкальному герою. Такие середины называются развивающего типа и обозначаются буквой R. Заключительная каденция на доминанте приводит к репризе простой 3-хчастной формы (А₁).

Цифра 1 в обозначении раздела говорит о том, что в нем есть какие-то изменения по сравнению с первой частью. Так и есть. Конец первого предложения (а₂) представляет собой кульминационную зону. Она имеет очень интересное решение. Мы видим те же аккорды, что и в 1й части (выделено в  синем прямоугольнике).           Предложение вроде бы и заканчивается так же на тонике. Но музыкальная мысль словно преодолевает эту ожидаемую остановку (выделено зеленой пунктирной лигой) и завершается уже в начале второго предложения на субдминантовой гармонии.

     Есть и еще одно отличие от первой части формы. Второе предложение (а₃) повторяет предыдущее, но изложено выше, в ре миноре (субдоминантовой тональности). Такое строение так же определяется как период повторного строения.

Буквенная схема этой части выглядит так:  Или проще:

Таким образом, вся 1 часть сложной трехчастной формы рисует мрачный и непреклонный образ спутника Санты Клауса. Для пущего эффекта композитор дважды повторяет последние два раздела.

Какие же чувства может вызывать такой персонаж? Наверняка тревогу, беспокойство, быть может, даже страх и надежду. Всей гамме этих эмоций посвящена середина сложной трехчастной формы:

     Так же, как и 1 часть, середина пьесы написана в простой трехчастной форме. Она выбрана композитором не случайно. Разве можно многообразие впечатлений уместить в малом периоде?

     В общих чертах простая трехчастная форма схожа со структурой 1 части. В ней также крайние разделы (В и В₁) написаны в форме периода, а средний – контрастный. Но все же эта часть имеет свои особенности. Давайте рассмотрим подробнее.

     После мрачного портрета Рупрехта в первой части, начало середины (В) сразу вносит контраст светлой тональностью Фа мажор(тональность VI ступени от главной). Музыка этого раздела словно воплощает трепетное ожидание и волнение. Об этом можно судить по смене динамики на тихую, быстрым фигурациям шестнадцатых, краткие динамические всплески крешендо и диминуэндо. Ярко выраженной мелодической линии мы здесь не видим, но она угадывается в верхней линии пассажей. Этот раздел (В) простой трехчастной формы написан в форме периода повторного строения. Но его второе предложение повторяется выше, в До мажоре (доминантовой тональности). Такой прием мы уже встречали в конце первой части. Но здесь он словно усиливает чувство радостного ожидания и предвкушения.

Но на смену робкой надежде приходит страх.  Его мы явственно ощущаем в среднем разделе этой формы (С). В отличие от первой части, середина этой простой трехчастной формы представляет собой период неповторного строения. Появление минорных тональностей в его первом предложении (с), тремолируюшие пассажи в правой руке и выразительная речитативная мелодия в басу воплощают чувство тревоги и напряжения. Но уже во втором предложении (d) тревога уступает место вновь появившемуся проблеску надежды и облегчения.

Интересна реприза формы (В₁). В отличие от первого раздела, реприза изложена в форме периода неповторного строения. И она словно совмещает в себе музыку обоих предыдущих разделов. Первое предложение (b₂) почти буквально повторяется с первого раздела, а второе (d₁) основано на интонациях второго предложения середины. Такая реприза словно обобщает темы обоих разделов. Репризы такого вида называются синтетическими[1].

Середина сложной трехчастной формы в этой пьесе типа Trio. На это указывает ряд типичных признаков: введение новой темы, контрастная тональность, самостоятельная простая трехчастная форма, наличие образного и тематического контраста и четкие границы разделов.

     Буквенная схема этой части выглядит так:  Или проще:

     В отличие от первой части, целиком посвященной образу Рупрехта, середина более разнообразна по настроению и основана на двух темах (назовем условно «тревожность» и «светлая надежда»). А многократные повторы разделы помогают усилить эти впечатления.

     Но пьеса посвящена все же Рупрехту. И потому было бы странно закончить ее другими образами.

   Реприза сложной трехчастной формы возвращается нас к образу мрачного угрюмого спутника Санты. Но о нем в достаточной мере было сказано в первой части. И реприза проводится буквально Da Capo уже без дополнительных повторов разделов.

В целом, схематически форма всей пьесы выглядит так:

А теперь новым взглядом посмотрим на эту пьесу